Визит Индиры Ганди в США и его результаты

     Визит Индиры Ганди в США в марте 1966 г. был одной из ее первых внешнеполитических акций. Как уже отмечалось, война с Китаем способствовала сближению Индии и США и привела к тому, что последние были посвящены в весь процесс укрепления индийской обороны и безопасности. У индийских спецслужб было мало секретов, неизвестных американским разведывательным органам, с которыми индийская разведка координировала свою деятельность и от которых получала помощь оборудованием и советами технического характера.

     Экономический кризис также значительно усилил зависимость Индии от Соединенных Штатов и в какой-то мере определил обстановку, в которой протекал визит Индиры Ганди. Она находилась в США с 28 марта по 1 апреля 1966 г. Внешне президент Джонсон оказал ей весьма теплый прием, публично заявил о сочувствии экономическим трудностям Индии и поддержке ее усилий, направленных на преодоление кризиса. Но существовали подспудные трения, которые гласности в то время не предавались. И Ганди сообщила автору этих строк в одной беседе, что, хотя американская администрация публично заявляла о готовности оказать всемерную помощь, Джонсон довольно долго затягивал ответ на просьбы Индии, стремясь оказать на нее давление и побудить изменить отношения с Советским Союзом. Вашингтон хотел чтобы эти отношения стали менее тесными. Попытка нажать на Индию в тяжелый момент и вынудить ее пойти на серьезное изменение внешнеполитического курса, несомненно, повлияла на последующее развитие событий и заставила Дели принять решение о необходимости срочно добиваться самообеспеченности продовольственным зерном, одновременно получая американскую помощь для ликвидации создавшихся кратковременных трудностей. Отдаленные результаты визита поэтому абсолютно не совпадали с непосредственными его итогами и нуждами Индии: он привел к выработке новой стратегии внутри страны и ужесточению ее внешнеполитического курса.

     При существовавшем тогда положении задача И. Ганди была не из легких. С одной стороны, дело выглядело так, будто Индия отправилась «с шапкой по кругу», находясь на грани экономического краха, добиваясь американской помощи и капиталовложений и основываясь при этом на общих для обеих стран идеалах демократии и прав человека. С другой же стороны, И. Ганди должна была убедительно доказывать, что индийская экономика в основе своей здорова, а индийская демократия прочна, что Индия представляет собой потенциально сильную страну, переживавшую лишь временные трудности.

     Эти вопросы стали основными во время пребывания И. Ганди в Вашингтоне. В речи на обеде, данном президентом Джонсоном в Белом доме, она утверждала, что благодаря положению Индии в Азии ее проблемы — это также и проблемы всего мира, и что в случае нестабильности положения в Индии ее неудачи явятся неудачами всей демократической системы, «провала многих идеалов, дорогих и вам и мне». На этих же вопросах она более подробно останавливалась в выступлениях в Национальном пресс-клубе в Вашингтоне, Экономическом клубе в Нью-Йорке, в Азиатском обществе, Торговой палате и других организациях в Нью-Йорке.

     В Индии проживает одна седьмая часть человечества, говорила И. Ганди в пресс-клубе в Вашингтоне. Политическая обстановка в Индии кажется мрачной и даже угрожающей; но это лишь проявление кризиса развития и преходящих трудностей, порожденных засухой, наводнениями и нехваткой иностранной валюты. В действительности Индия «привержена к демократическим идеалам», и «разве не показательно то, что в начале следующего года 250 млн. человек в четвертый раз после провозглашения независимости изберут свободно и ничего не боясь своих представителей». Индия, заявила И. Ганди, верит, что демократия и развитие неразделимы .

     Возникшие трудности не должны заслонять реальные достижения. Они преходящи. Кризис с иностранной валютой возник потому, что «у нас большое и диверсифицированное хозяйство, которого не могло быть десять лет назад. Сегодня мы производим реактивные самолеты и компьютеры и экспортируем детали станков в Западную Европу. Мы поставляем тяжелую воду Бельгии. По развитию ядерной энергии в мирных целях мы в числе ведущих государств… В этом непрочном мире Индия возвышается, как прочная скала». За 15 лет производство продовольственного зерна выросло с 50 млн. до 88 млн. т. Темпы промышленного развития достигли — 7—8% в год. Производство электроэнергии увеличилось с 1,7 млн. кВт в 1950 г. до 8,5 млн. кВт в 1965 г. «Почти 70 миллионов детей посещают в настоящее время школы, а в 1950 г. их было 25 миллионов», — говорила Индира Ганди, характеризуя прогресс, достигнутый Индией после провозглашения независимости .

     Металлургические заводы строились не потому, что это престижно, а потому, что Индия обладает большими запасами железной руды хорошего качества и квалифицированной и недорогой рабочей силой. «Мы организовали производство машин и строительство заводов, используя собственную сталь. У нас есть уголь, нефть и бокситы, которые мы тоже используем аналогичным образом. В качественном отношении в последние 15 лет наблюдался не только рост, но и диверсификация и усложнение промышленной структуры Индии», — разъясняла И. Ганди магнатам, собравшимся в Экономическом клубе в Нью-Йорке.

     Кризис, о котором кричали заголовки мировой печати и который порождал сомнения в стабильности Индии, был всего лишь оборотной стороной ее роста и развития. И. Ганди прилагала все усилия, чтобы рассеять сомнения, особенно в деловых кругах и у интеллигенции, и представить в правильном свете «трудности, возникшие в индийской экономике». Она подчеркивала, что эти трудности частично были результатом невиданных раньше стихийных бедствий и капризов погоды — засухи и наводнений, а частично следствием быстрых темпов развития на протяжении 15 лет после провозглашения независимости и новых ожиданий, порожденных этим развитием. Чтобы рассеять опасения относительно чрезмерного упора на развитие тяжелой промышленности, И. Ганди остановилась на мерах, принимавшихся для поощрения развития сельского хозяйства, и соображениях, лежавших в основе будущего, четвертого пятилетнего плана.

     И. Ганди постаралась также ответить на недовольство США ограничениями в отношении иностранных капиталовложений. Индия, заявила она, приветствует иностранные капиталовложения «не только потому, что они обеспечивают приток капиталов, но и потому, что частные инвестиции облегчают овладение новой технологией, управленческими и техническими знаниями». Она отрицала существование какой-либо дискриминации и доказывала, что такие инвестиции получают даже определенные льготы, например освобождение от налогов технического персонала. По ее словам, финансовая структура Индии обеспечивает значительные стимулы для частных инвестиций, которые будут сохраняться и впредь. В Индии разрешен свободный вывоз прибылей и капитала, и эта политика тоже будет продолжаться. Определенные ограничения существуют в виде контроля и процедур определения размера инвестиций, введенных из-за того, что в экономике, не располагающей достаточными средствами, необходимо эффективно использовать все ресурсы, причем в признанных важными отраслях, с тем чтобы помешать их направлению в производство предметов роскоши. Индийский премьер-министр обещала, что эти ограничения будут пересматриваться, и заявила о готовности облегчить и упростить процедуру рассмотрения заявок на капиталовложения. Помимо этих, поднимались и другие вопросы, включая проблемы неприсоединения, отношения с Советским Союзом, Пакистаном, Китаем и проблему Вьетнама. И. Ганди использовала различные форумы для разъяснения позиции Индии. Так, в пресс-клубе в Вашингтоне она говорила, что, «хотя мы отвергли коммунизм для себя, мы верим в мирное сосуществование». Она привела слова президента Джонсона, сказавшего, «что ни один человек и ни одна нация не обладают достаточной мудростью, для того чтобы предписывать какую-либо одну экономическую систему или одну систему политических институтов для удовлетворения нужд более чем сотни стран, у каждой из которых свои высокие духовные традиции». Идее можно противопоставлять лишь другую, лучшую, свободно выбранную идею, и отсюда «наша дружба с Советским Союзом, Югославией и другими странами Восточной Европы. Мы искренне верим в независимую внешнюю политику. Мы больше не живем в двухполюсном мире».

     Был один вопрос, говоря о котором И. Ганди не жалела слов, вопрос о Китае. Премьер-министр Индии заявила, что китайская маоистская идеология не сможет вести наступление вовне в Азии, если соседи Китая и другие страны найдут ей действенную альтернативу. Индия могла бы стать такой «азиатской альтернативой, альтернативной моделью социально-экономических преобразований, демократической и социалистической моделью». Именно благодаря своим стараниям построить демократический социализм Индия самым серьезным образом противостоит Китаю. Поэтому, подчеркнула премьер-министр, Китай стремится подорвать политику неприсоединения, проводимую Индией.

     Другим вопросом, неизбежно фигурировавшим во время визита, были отношения с Пакистаном. Американские симпатии к Пакистану были хорошо известны, а конфликт с Китаем побудил США оказывать давление на Индию, с тем чтобы она шла на уступки Пакистану, благодаря чему в США получила широкое распространение точка зрения, активно поощрявшаяся и Пакистаном, будто для того, чтобы дать должный отпор китайской угрозе, Индия должна помириться с Пакистаном. В Индии же росло понимание того, что, в то время как она ведет борьбу с Китаем за безлюдные или малонаселенные районы, от нее требуют отказа от стратегически важного и густо населенного Кашмира. И. Ганди пришлось разъяснить американцам, что в действительности поставлено на карту и какие проблемы реально существуют.

     Она подчеркнула тот факт, что Индия подписала Ташкентскую декларацию, отказавшись от применения силы и провозгласив свою веру в мирные методы решения споров между государствами, и решительно опровергла утверждения, будто Индия не может примириться с самим существованием Пакистана. Индия в своих собственных интересах хотела бы, чтобы существовал Пакистан, идущий по пути мира. Для этого Индия выражала готовность открыть свои границы и осуществлять совместные экономические проекты, чтобы залечить раны, нанесенные разделом. Однако о плебисците в Кашмире не могло быть и речи. Он не только не залечил, но открыл бы старые раны. 

     Сейчас уже слишком поздно говорить о плебисците, утверждала И. Ганди. Индия представляет собой «многослойное общество» — с различными религиями, национальными и лингвистическими меньшинствами, пользующимися равными правами и возможностями участия в ведении государственных дел без какой-либо дискриминации. Нельзя допускать взрывов религиозно-общинных страстей, уничтожения основ индийской государственности и тех идеалов, которые так горячо «отстаивают Соединенные Штаты и все люди доброй воли». Второе вторжение Пакистана в Кашмир осенью 1965 г. превратило в пустой звук прежние резолюции ООН. Любой плебисцит сейчас означал бы, что сомнению подвергается целостность Индии и на повестку дня ставится вопрос о возможности отделения части территории, вопрос, из-за которого, напомнила она американской аудитории, Соединенные Штаты не так давно вели гражданскую войну. «Мы не можем сейчас допустить второго раздела Индии по религиозному признаку. Он разрушил бы саму основу индийского государства», — заявила Индира Ганди.

     Еще одним вопросом, широко обсуждавшимся во время визита и переговоров И. Ганди, был вопрос о войне во Вьетнаме. Индия была председателем Международной контрольной комиссии, а Вьетнам был тогда проблемой номер один для Соединенных Штатов. Конечно, собственные трудности несколько приглушили голос Индии, менее решительно выступавшей против эскалации войны Америкой на территорию Северного Вьетнама. Тем не менее И. Ганди подчеркивала необходимость политического решения и говорила, что поискам такого решения помогло бы прекращение американских бомбардировок Северного Вьетнама. Однако она выразила «понимание» проблем и усилий США. В Национальном пресс-клубе она заявила, что во время переговоров с президентом Джонсоном на нее произвела впечатление искренность его стремления к мирному урегулированию. В совместном заключительном коммюнике указывалось, что президент Джонсон «разъяснил политику, которую проводили Соединенные Штаты, чтобы помочь народу республики Вьетнам защитить свою свободу и восстановить израненную войной страну. Премьер-министр заявила о продолжающейся заинтересованности и усилиях ее страны, направленных на мирное решение этой проблемы». Таким образом, различия в подходе к проблеме Вьетнама были смягчены, однако эта проблема и в будущем вызывала разногласия, вскоре принявшие острую форму. Они быстро разрастались и вылились в резкий спор относительно происхождения и характера конфликта во Вьетнаме и оценки национальных интересов страны в свете положения на театре военных действий.

     Последним, но отнюдь немаловажным вопросом был вопрос об огромных рупиевых средствах, накопленных американской администрацией от продажи Индии продовольственного зерна и других сырьевых материалов по закону ПЛ-480. Одно из предложений относительно их использования заключалось в создании Индийско-американского фонда. Это предложение было обсуждено и одобрено покойным премьер-министром Индии Лал Бахадуром Шастри. В совместном коммюнике И. Ганди с похвалой отозвалась о предложении президента учредить Индийско-американский фонд для развития всех областей знаний. Президент и премьер-министр выразили надежду, что это совместное предприятие будет способствовать разработке методов обучения по применению новых технических средств в крестьянских хозяйствах и на заводах, прогрессу науки и расширению научных исследований. Несмотря на одобрение предложения об учреждении Индийско-американского фонда и последующую его поддержку Индирой Ганди, оно породило недовольство и тревогу среди индийской интеллигенции, часть представителей которой усмотрела в нем орудие американского духовного и других форм господства над Индией, и в конце концов от него пришлось отказаться.

     Визит И. Ганди в 1966 г. явился, быть может, наиболее активной и настойчивой попыткой установить более тесные отношения между Индией и США и создать для них прочную основу. Новый поворот в международной обстановке, разрядка в советско-американских отношениях, ухудшение советско-китайских отношений, конфликт с Китаем и общая оппозиция индийской общественности китайской политике, помощь США в преодолении серьезных экономических трудностей, а также поставки ими военного снаряжения, необходимого для обучения войск, способных дать отпор новому китайскому нападению в Гималаях,— все это, по мнению многих в Индии, могло бы привести к укреплению индо-американских отношений на долгое время. Подтверждение приверженности «демократическому идеалу» обеими странами должно было обеспечить идеологическую базу. Тем не менее различия во взглядах были лишь немного сглажены и позднее вновь обострились. Уже в то время наметился двусторонный подход, к которому постепенно шла Индира Ганди. С одной стороны, в силу экономических трудностей и военной угрозы вытекала необходимость продолжения иностранной (особенно американской) помощи для выхода из этого положения, а с другой — на повестку дня вставал вопрос об ослаблении чрезмерной зависимости и о достижении большей самостоятельности. Но об этом ниже подробнее.

image
Один больной